Разбирая, откуда плывёт на зрителя с полотен Сарьяна удивительная гармония, сталкиваешься с очень явным, всегда у него присутствующим умением гасить беспокойство.
Всякое беспокойство, - красок, линий, объёмов, величин в их взаимодействиях и встречах. И погашенное беспокойство становится таким великим фактором полного, до краёв, удовлетворения, такого реального чувства бытия, такого убеждения в его бесспорной, наглядной истинности, что минутами кажется: нет смерти.

М. Шагинян
В кн. О Сарьяне, с.311